Брат о брате

0

Наследник Николая Пирогова.

Слово о брате.

Люди, которые заняты возвращением здоровья другим людям, выказывая удивительное единение мастерства и человечности, стоят превыше всех великих на этой земле.

Вольтер  

Якубович Григорий Кузьмич, 1932-2003 г. г., в течение 40 лет ведущий хирург дорожной клинической больницы Куйбышевской ж. д., Заслуженный врач РФ , хирург высшей категории, кандидат медицинских наук, Почетный железнодорожник СССР, Почетный донор СССР, Отличник гражданской обороны СССР. Провёл многие тысячи успешных хирургических операций.

***

Брат о брате

Брат о брате

Мне в жизни встречалось много интересных, талантливых людей. Учёные и конструкторы, руководители производств и отраслей, музыканты, артисты, космонавты, представители других профессий. Но больше всего ценю знакомство со штучным продуктом эпохи – Мастерами, Профессионалами высшей пробы. Их немного. Великий музыкант М. Ростропович, Генеральный конструктор Н.Кузнецов, выдающийся инженер оборонки В. Юдашкин, известнейший гематолог академик А. Воробьёв, гениальный композитор И. Шварц, талантливый, Божьей милостью, Журналист В. Швецов. Даже краткое общение с ними давало ощущение необычной глубины этих людей.

Однако, я, вполне успешный человек, отмеченный высшей наградой государства, завидовал только одному человеку – моему брату Григорию. Создатель даровал ему волшебные руки и талант хирурга, которые спасли жизнь и здоровье не менее двух десятков тысяч человек. У него, кроме головы, были умелые руки Мастера, а мне досталась только голова. (Когда раздавали руки, то очередь до меня так и не дошла).

***

До Войны наша семья жила в Брянской области на станции Красный Рог. Рядом со станцией было живописное село того же названия, в котором располагалось имение графа А.К. Толстого, известного русского писателя. В этом имении и «родился» всемирно известный Козьма Прутков.
Граф А. Толстой писал:
«Если Париж стоит обедни, то Красный Рог со своими лесами и медведями стоит всех Наполеонов».
Волшебный лес, у села и станции, как будто появился из сказок Пушкина. В этом сказочном мире, и жили до войны в семье железнодорожного служащего четверо детей.
Но в июне сорок первого сказка стала очень страшной. Дальше было бегство от ломившихся на восток фашистов, тяжёлая эвакуация и возвращение домой через три трудных года.
Григорий был третьим ребёнком в семье. Поскольку четвёртый ребёнок (это я) был на семь лет его младше, то ему приходилось и возиться с младшим братом, и помогать по хозяйству (огород, живность, вода, дрова и т.д.). Окончив школу в маленьком старинном городке Почепе, что в Брянской области, он без шума и без всякой внешней помощи преодолел большущий конкурс в один из лучших медицинских вузов страны, и в 1949 году стал студентом 1-го Ленинградского медицинского института имени академика И.П.Павлова.

Интерес к лекарскому делу у него открылся рано. В 5 лет он лечил уши кошке, делал операции малочисленным в то время игрушкам (но стал не ЛОР — врачом, а хирургом).

В 1948 году (9 класс) шёл с друзьями по городскому парку. Раздался взрыв. Небольшой осколок попал ему в плечо.

В этом парке обычно пацаны жгли костры и бросали в них взрыватели, которые они выкручивали из неразорвавшихся снарядов оставшихся после боевых действий . Любовались фейерверком от срабатывания взрывателя в костре. Но не всегда взрыватель выкручивался, а срабатывал на снаряде. Много подростков в нашем послевоенном городке становились калеками. И через год, и через два, и через три после войны. Снарядов было много, и убирать их все у власти руки не доходили.

Григорий наблюдал уже в больнице, как медики пытаются достать осколок. Ничего не получилось. Осколок потом вышел сам.

Наверное, после этого случая, или потому, что двое старших (сестра и брат) уже учились в этом институте, он стал студентом 1ЛМИ. Они, все трое, были студенты — погодки. Им выделили комнату в общежитии на троих. Сестра пыталась как-то кормить братьев. В основном, макаронами в разных видах. (С тех пор он терпеть не мог макароны и никогда их не ел). У него была обычная студенческая жизнь. Успешно учился. (Иначе — без стипендии). Работал дворником в общежитии. Активный участник научной, общественной и культурной жизни института. У него был очень дружный курс, их дружба продолжалась многие годы после окончания института.

***

По окончании института он получил назначение в Восточный Казахстан. В медсанчасть свинцового комбината в молодом городе Зыряновске. Проработал там семь лет хирургом, три из них, совмещая хирургическую практику с должность главного врача. Молодому врачу в сложных случаях не с кем было посоветоваться. Жизнь заставляла самого решать, как поступать. Вот тогда и родился настоящий, смелый, вдумчивый хирург, всегда сочувствующий больному и стремящийся непрерывно познавать новое в профессии, совершенствоваться. Специалист, обладающий постоянным стремлением к познанию.

Он был молодым руководителем, но у него всё получалось.

Вот отрывок из статьи, опубликованной в газете Зыряновского свинцового комбината «ГОРНЯК» №2(9110) 5 января 1962г.

«…Основой своей работы мы считаем профилактику. В последние годы : налажено регулярное проведение профилактических осмотров во всех цехах и службах комбината. В 1961 году осмотром охвачены все горняки, а также рабочие энергетического, транспортного и других цехов.… На диспансерном учете состоят все трудящиеся, у которых подозревается какая-то заболеваемость. Рабочие, находящиеся под наблюдением, периодически направляются на стационарное лечение. В поликлинике работают врачи всех специальностей, и больные получают всестороннюю квалифицированную помощь. Для лечения больных в стационарах используется разнообразный арсенал лекарственных средств, производятся сложные хирургические операции.

За достигнутые успехи в работе по лечению и обслуживанию трудящихся по результатам республиканского смотра в честь 40-летия Казахской ССР нашей медсанчасти присуждено первое место по республике. Но самой важной наградой для нас является то, что на комбинате из года в год снижается заболеваемость, сокращается смертность, увеличивается продолжительность жизни. Так, заболеваемость силикозом в 1961 году составила всего доли процента на 100 работающих ! Г. ЯКУБОВИЧ, главный врач медсанчасти».

***

В Самару он приехал в 1962 году, продолжая отцовскую традицию, стал железнодорожником – хирургом дорожной больницы станции Куйбышев. В этот город приехал, не имея никаких званий и титулов. А вот «набить руку» уже успел: семь лет в Казахстане не прошли даром. И если его новые коллеги специализировались на трех — четырех операциях, то Григорий Кузьмич напоминал многостаночника. Быстро проявил себя высокопрофессиональным хирургом и активным человеком. Его избрали секретарём партбюро больницы. Через год после приезда стал начальником хирургического отделения больницы.

Однажды он собрался в турпоездку заграницу. Проверяющий из «органов» (тогда так было принято) задал вопрос его коллегам: «Почему он совсем не пьёт?». (Непьющий человек в России всегда вызывал подозрение. Выбивался из общей массы).

Он, конечно, рюмку-другую с удовольствием мог выпить по случаю. Но не более. Главная причина была в том, что он жил всегда в режиме готовности №1.Если после работы он был не дома, сообщал на работе, где его искать в экстренных случаях. Я был много раз свидетелем этих случаев. Со свадьбы, дня рождения, из гостей его могли вытащить к больному. Адрес нашей дачи на 18 км также был хорошо знаком больничным водителям.
Вот что пишет пенсионер, ветеран Великой Отечественной Войны Н. ЗАВАЛЬНЫЙ
в газете «ВОЛЖСКАЯ ЗАРЯ» №76 3 апр. 1979г.

«Подарок хирурга».

«В день моего рождения я оказался на операционном столе. Хирург в белом халате и стерильной маске—только глаза видны — поздравил с юбилеем и добродушно заметил:

— Как и положено, в таких случаях, сегодня вы тоже получите подарок: мы вернем вам нарушенное здоровье.
Больше я ничего не слышал. Наркоз — удивительное чудо. Но вот сквозь сон доносится женский голос:
— Осторожно, вы уже прооперированы.
Вот как! И никакой боли, лишь чувствуется общая слабость, да голова потяжелела.
Однако стараюсь не шевелиться. Рядом вижу соседа, Ивана Семеновича, он тоже недавно перенес серьезную операцию. Сейчас ־ около больного Григорий Кузьмич, наш хирург. Он собственноручно делает перевязку.
Перевязка окончена, и хирург вышел из палаты. За дверью слышится его приглушенный голос. Говорит сестре:
—Если больному бу­дет плохо, звоните ко мне домой.

Ночью я проснулся. Смотрю: Григорий Кузьмич уже возле моего соседа. Потом он приходил днем в субботу, в воскресенье поздно вечером. Я невольно подумал: когда же он отдыхает? Как надо любить свою профессию, чтобы всецело отдаваться работе, пренебрегая отдыхом?
Потом меня и моего соседа перевели в другую палату. И здесь продолжался повседневный контроль хирурга. Вскоре дело пошло на поправку, и мы с Иваном Семеновичем понемногу начали ходить, к нам возвращались силы.
Прогуливаясь по коридору, обращаю внимание на порядок в отделении. Чистота, уют и трогательная забота о больных. Дежурный врач, сестры, няни — все добросовестно выполняют свои обязанности. Люди в белых халатах работают четко, без суеты, без лишних разговоров. Когда я выразил удовлетворение этим, сестра сказала:
— По-другому у нас не может быть. Григорий Кузьмич не позволит.
Авторитет заведующего отделением, как видно, здесь непререкаем. О нем все говорят с уважением. Мы узнали, например, что работает он хирургом уже более двадцати лет, является наставником молодых специалистов, получающих замечательную практику под наблюдением своего учителя. Он успешно провел около шести тысяч операций!
Скольким людям вернул здоровье Г. К. Якубович, заведующий первым хирургическим отделением больницы Куйбышевской ордена Ленина железной дороги. И каждый, кого оперировал он, преисполнен к нему глубокой признательности. Сужу по себе. Прошло уже немало времени, как я покинул больницу. Сейчас чувствую себя хорошо. И все это — благодаря бесценному подарку хирурга, по- своему поздравившего меня с днем рождения».

То ли высочайший профессионализм, то ли какое-то волшебство его рук, поражали не только пациентов, но и коллег. Как-бы не старалась опытная медсестра, делая очередную перевязку после сложной операции, больной испытывал сильную боль. Но если перевязку делал Григорий Кузьмич, больной боли почти не ощущал. Молодой врач Михаил К. , уже став вполне опытным специалистом, не переставал восхищаться не только этим, но и феноменом бескровного разреза Григорием Кузьмичём на операциях. И это не чудо, просто глубокие знания профессии.

***
Вот некоторые фрагменты интервью Г,К. и «больничного» дневника корреспондента (ВОЛЖСКАЯ КОММУНА» 2.5.90 Н.Михайлова):

— ваша больница пользуется доброй славой в народе. Считается, что раз дорожная больница, значит, богатая.

Денег у нас не больше, чем у других, оснащение не лучше, чем в крупных территориальных больницах, а вот почему у нас порядка больше? В какой-то степени это объясняется, конечно, ведомственностью, но главное, по-моему, просто коллектив подобрался… порядочный. — А почему слава, вы говорите, у нас добрая? Наверное, потому, что результаты есть, какие-то… Хотя, помощь городскому населению могли бы оказывать большую, чем сейчас,

— В вашей больнице очень прилично кормят. Пища простая, но все очень вкусно.

— Нам не дают дотацию, мы кормим, как все — в пределах 1 руб. 30 коп. Лучше у нас только за счет того, что мы строго контролируем нашу кухню.

— Да, я заметила, что у вас девочки-сестрички какие-то особенные, Во-первых, все хорошенькие, а потом всегда веселые, внимательные. Как вы этого достигаете?

— Я считаю, от общего настроя все зависит. Они смотрят на нас, врачей, как мы к больным относимся, эта атмосфера очень влияет. Как трудятся наши опытнейшие сестры — Людмила Васильевна Панкратова, Нина Васильевна Сметанина, Лиля Евгеньевна Степанова, Светлана Николаевна Герасимова, сестры Люба и Люда Андрияновы. Рядом с ними плохо работать нельзя. Наш принцип: «Относитесь к больным так, как вы хотите, чтобы относились к вам, если вы попадете в больницу»,

— ИЗ «БОЛЬНИЧНОГО» ДНЕВНИКА. «Каково же было мое удивление, когда прямо в реанимацию на другой день после операция пришла врач и предложила делать гимнастику, потом это повторялось ежедневно уже в палате и как потом мне сказали, способствовало тому, что никаких спаек у меня не образовалась. И еще… «подняли» меня тоже на другой день после операции, а еще через день самостоятельно дошла до перевязочной. В других больницах поднимают на третий, даже пятый день, а наш суровый и добрый доктор Якубович заставляет «трудиться» с полной нагрузкой».

— ИЗ «БОЛЬНИЧНОГО» ДНЕВНИКА. «Вот написала — суровый и добрый доктор… Как добр он с больными, какие нежные у него пальцы, а ведь давят они, на свежую рану — а не больно. И все мы, его пациенты, заметили, как придирчив он бывает к персоналу. На его этаже все блестит, два—три раза в день влажная уборка палат, блестят таблички и наоборот, не блестит специально обработанный мраморный пол в коридоре — чтобы не скользко было. И об этом подумали! В каждой палате обои подобраны в тон шторам, стены у кроватей отделаны прозрачным пластиком, в каждой палате холодильник…»

 

***

Он всегда учился. Много читал, выписывал множество журналов, книги по профессии занимали полстены в квартире и полный шкаф на работе. Учился у коллег других городов и медицинских учреждений, осваивал новые методы и технические средства. Если в диагностической практике начинала появляться новая техника, он стремился одним из первых внедрить её у себя. Так было с сегодня привычной, даже рутинной, техникой ультразвуковых исследований.

По настоянию Григория Кузьмича железнодорожная больница приобрела такую установку. Хирург успешно освоил её и один из первых начал применять. С помощью ультразвука удалось диагностировать куда точнее, чем прежде, рак легкого, гемотораксы и многие другие заболевания.
Полученные разработки легли в основу кандидатской диссертации «Ультразвуковая диагностика заболеваний и повреждений грудной клетки“, которую Григорий Кузьмич защитил с большим успехом.

Конечно же, последовали приглашения на научно-преподавательскую работу. Но хирург-практик вежливо отказался, потому что у него было много задумок, которые невозможно реализовать вне операционной.

Он внедрял много новых разработок. И своих собственных и своих коллег. С высоты сегодняшнего дня — это вчерашний день. Так и должно быть в любой развивающейся структуре. Но тогда – это была эффективная новизна. Вот некоторые из них.

— У многих пациентов, перенесших резекцию желудка, нарушался процесс пищеварения, что доставляло немало страданий. А происходило это потому, что пища сразу же из желудка попадала в кишечник, так как существующий между ними клапан переставал работать. Оказывается, всё дело в направлении разреза волокон кишечника. При продольном , а именно оно практикуется, шрам как бы сковывает то самое место, которое, попросту говоря, сжималось и разжималось. Он решил делать разрез параллельно волокнам. Прооперированные поправлялись быстрее, и расстройства кишечника их не мучили. Новую методику сразу взяли на вооружение коллеги. И не только самарские.

— Именно современная техника помогла усовершенствовать весьма распространенную операцию по поводу варикозного расширения вен. Если раньше «прочищали» только вены, которые находятся под кожей, то теперь Г.К.Якубович и его преемники стали добираться и до находящихся в глубине. А это значит — гораздо меньше ампутаций.

— Первым в Самаре Григорий Кузьмич освоил лечение бронхиальной астмы с помощью операции — метод, разработанный медиками из Петрозаводска.

— Одним из первых в Самаре внедрил литотриптер производства американо-японской компании, аппарат, предназначенный для разрушения камней в почках — весьма распространённой болезни, особенно в нашем регионе.

(Но, будучи совершенно креативным человеком, почему – то не воспринял нарождающуюся лапароскопию. Можно только догадываться, почему. Ему, видимо, были дарованы руки для другого дела.)

***

Он постоянно что-то изобретал: приспособления, инструмент, крепёжные детали и устройства для лечения переломов, приборы для диагностики и послеоперационного восстановления больных. Догадываясь о технических возможностях ЗИМа, где работал его брат, он замучил брата своими заказами.

Кстати, эти заказы сыграли немаловажную роль в решении начать разработку и серийное производство медицинской техники на предприятии. В некоторых разработках были использованы идеи Хирурга.

Назрела идея более тесно связать ЗИМ и больницу. Поскольку ЗИМ имел только проект стационара своей МСЧ, то можно было заключить договор с дорожной больницей об использовании её стационара для лечения работников предприятия. Всем выгодно: больница получает дополнительное финансирование и техническую помощь, а предприятие получает высококвалифицированное медицинское обслуживание.

Это обслуживание, от случая к случаю , уже давно оказывалось работникам ЗИМа, только приходилось каждый раз договариваться с руководством больницы.

Обе стороны сразу согласились. Дело бюрократической техники и недолгого времени, и у ЗИМа фактически появился прекрасный стационар.

Теперь Григорию Кузьмичу в руки , в прямом и переносном смысле, попадали и начальники цехов, мастера, технологи, инструментальщики. И руководители предприятия иногда оказывались у него в отделении. Теперь все его технические идеи реализовывали его многочисленные пациенты с ЗИМа. Причём, делали они это с большой радостью. Как-то доктора нужно было отблагодарить за успешное спасение от недуга. Все знали, что это единственная форма благодарности, которую приемлет доктор. Не миновала сия чаша и генерального директора предприятия А. Курбатова. На этой почве они очень подружились. Эти два замечательных профессионала, честно преданных каждый своему делу не по обязанности, а по душе. Их сблизило взаимное уважение профессионализма, одинаковое стремление к новому, неведомому пока другим.

***

Он был не только выдающимся хирургом, но и высокопрофессиональным врачом, очень грамотным лечебником и диагностом, обладающим глубокими познаниями в медицине. К его профессиональной помощи обращались не только работники железной дороги, но и больные из разных регионов.

Был такой курьёзный случай. Наша родная сестра, будучи в санатории в Пятигорске, пожаловалась на самочувствие своей соседке по палате, (приехавшей из Ярославля или из Пензы). Та удивилась и сказала: «Так у вас в Самаре можно всё поправить. У вас работает замечательный врач – Якубович Григорий Кузьмич. Я своего знакомого в Самаре, друга этого доктора, попрошу, чтобы он Вас к нему привёл. Этот доктор Вас вылечит обязательно ». Сестра улыбнулась: «Если Вы обратили внимание, у нас с этим доктором одинаковые отчества. А до моего замужества и фамилии были одинаковые».

Прежде чем «резать», он смотрел, а нельзя ли обойтись без хирургического вмешательства. Однажды к нему попал на операцию Гр–о – один из функционеров обкома партии. Он лечился в элитной обкомовской больнице, но на операцию пришёл к Григорию Кузьмичу. Но, однако, проходит почти неделя, а его не оперируют. Обследуют, лечат растворами, уколами, таблетками. Больной устраивает Григорию Кузьмичу скандал, ссылаясь на свое служебное положение. Доктор объясняет, что он пока не решил, когда делать операцию. Если Гр-о не устраивает такое положение, он может покинуть больницу. Больной всё-таки остаётся. Дней через десять его выписывают практически здоровым человеком, без операции. Так у доктора появился ещё один бесконечно благодарный пациент.

Григорий Кузьмич, в отличие от многих коллег, не пренебрегал возможностью обойтись без операции больного и, как высокий профессионал, исправлял огрехи терапевтов без ножа. Используя при этом передовой опыт отечественных и зарубежных коллег.

 

***

Не знаю, почему, но он не выносил, когда ему благодарные больные приносили какие-то подарки . Не брал, злился и прогонял.

Но когда дело касалось его отделения, от скромности у него не оставалось и следа. В нём просыпался наглый вымогатель. Если среди его больных попадался какой-нибудь начальник или специалист, то он без «домашнего задания» не оставался. Благоустраивалось отделение, делались какие-то нужные железки и прочее. А лежали у него не только простые железнодорожники, но и начальники служб дороги, замы и сам начальник дороги, директора заводов и начальники цехов. Никто не мог отказать доктору-волшебнику. И потому, его отделение резко отличалось от других по комфорту для всех (!) больных. Хотя и так железнодорожная больница была одной из лучших в городе.

***

Он был не толь хорошим врачом, но и просто хорошим человеком. И друзья у него были очень приличные люди. Каждому из его близких друзей можно было довериться полностью.

У него было много друзей. Это и некоторые коллеги по больнице, даже коллеги из далёкого маленького Зыряновска, осевшие в Самаре независимо от него. Список его друзей постоянно пополнялся из числа его бывших пациентов. Близким его другом стал начальник дороги Геннадий Чернов. (Геннадий Ильич шутил: «друзья познаются в беде – он всю мою семью «вырезал»). Настоящая, бескорыстная дружба была у него с главным «летуном» Самары – командиром Куйбышевского авиаотряда ГА – Михаилом Евстроповым, а у директоров предприятий ЗИМ и КАТЭК вынужденное общение с доктором в больничной палате, незаметно для них превратилось в крепкую дружбу «на воле». Из всех бойцов и командиров огромной армии самарских медиков, они ему доверяли больше всех.

Очень часто в Самаре объявлялся кто-нибудь из его сокурсников. Однажды в Самаре проходил какой-то медицинский форум, который проводил ЦК профсоюза медработников. Секретарь этого ЦК был приятелем моего друга Вячеслава Долгова (они вместе учились в Академии общественных наук). Мы встретились втроём, и решили «посидеть» у меня дома. Войдя в мою квартиру, наш московский гость замер в недоумении. Оказалось, что в моей квартире сидел мой брат со своим сокурсником, который был работником того же ЦК. Когда разобрались, что мир тесен, всё пошло так, как надо.

***

Талантливый хирург, Григорий был талантливым организатором. Его уровень был значительно выше его начальников. Но талант хирурга с ним сыграл злую шутку. Руководство дороги не хотело терять врача, к которому обращались руководители дороги по всем своим болячкам. Потому и не назначали главным врачом больницы, хотя его послужной список и авторитет среди врачей, безусловно, это позволяли.

Правда, назначение на административную работу не очень волновало Григория Кузьмича . Главным для него оставалось лечебное дело, хирургия. Однако начинались новые времена. Перестройка, распад СССР. Это время, при всей его мерзости, открывало простор для развития нового, развязывало руки инициативным людям, к которым, безусловно, относился Григорий Кузьмич. Переход страны к рыночным отношениям в значительной мере «ослабил” главного спонсора больницы — Куйбышевскую железную дорогу. Нужно было искать новые решения. Таким решением стало создание лечебно-оздоровительной ассоциации «Пульс”, которую возглавил Григорий Кузьмич. В нее вошли: железная дорога, АО ” Завод имени А.М.Тарасова”, авиаотряд «Курумоч”. Ассоциация эта занималась оснащением больницы новым оборудованием. Первым, в распоряжение : врачей, поступил аппарат, приобретенный на коллективные средства, — литотриптер. Потом по инициативе и под руководством Григория Кузьмича была создана медицинская страховая компания «Пульс-надежда». Но хирургия до последних дней оставалась у него на первом месте.

***

Дорожная больница обслуживала не только предприятия, расположенные на станции Куйбышев, но и всех трудящихся дороги (почти 60 тысяч человек) и членов их семей. На дороге была развитая сеть медучреждений — больницы, поликлиники, здравпункты. На протяжённости более 5 тысяч километров через 9 областей и республик было более 330 железнодорожных станций и более 50 дистанций пути и обеспечения. Но самые сложные случаи попадали в дорожную больницу в Самару.

Григорий Кузьмич сорок лет лечил, в основном, железнодорожников. Как свидетельство признательности за его самоотверженный труд, кроме почетного звания «Заслуженный врач РСФСР», у него появился знак «Почётному железнодорожнику СССР».

А свидетельством того, что он здоровью людей отдавал не только свой труд, но и кровь, стал знак «Почётный донор СССР”.

Многие помнят трагедию в Башкирии, крупнейшую в истории России железнодорожную катастрофу, произошедшую 4 июня 1989 года, когда от взрыва на газопроводе загорелись сразу два проходящих встречных пассажирских поезда. Погибли 575 человек, 181 из них — дети, ранены более 600. Григорий Кузьмич возглавлял дорожную медицинскую бригаду спасения людей. Работая в невероятно сложных полевых условиях, проявил себя достойным наследником великого русского хирурга Н. Пирогова, своего кумира. А перед глазами стояла врезавшаяся с детства картина горящих на станции эшелонов с раненными и беженцами после фашистского налёта в той страшной войне. Но и эта катастрофа ему очень тяжело досталась. Он никогда о ней подробно не рассказывал. Только в нескольких словах. Были и другие, (не такие ужасные, как в Башкирии), чрезвычайные ситуации, где он себя ощущал не только просто хирургом, но и офицером медицинской службы. Потому появился у него знак «Отличник гражданской обороны СССР».

***

Григорий Кузьмич был очень привлекательным человеком. Не только внешне, но и внутренне. Обладал замечательным чувством юмора. Его карие глаза, взгляд этих глаз, обладали какой-то притягательной силой. Вызывали у собеседника желание общаться с ним. Мне казалось, что все женщины были его поклонницами. Особенно, пациентки. От 17 до 70. Внимательное, душевное отношение, умнющий взгляд и волшебные руки, от которых боль отступает, не могли не вызывать у этих женщин обожания своего спасителя.

Он был замечательный сын и брат. Родители воспитали своих детей в любви, и так, что дружба, взаимопомощь, взаимопожертвование были для них совершенно естественны. Каждый в семье для другого был прочным тылом и крепким флангом. У него не было своих детей. Но в такой дружной семье отношение к брату, к сестре переносилось к их детям.

Он очень любил своих племянников. У него их было шестеро. Возился с ними, давал им ласковые прозвища. Вносил в их детские души тепло доброты и любви. Был их другом. А дети отвечали до конца его дней безграничной любовью. И так же к нему относилась маленькая (и став большой) дочь его любимой женщины Лили.

***

Он был, конечно, добрым волшебником. Но и у добрых волшебников бывают ситуации, с которыми они не в состоянии справиться. Кроме тысяч успешных операций были и у него единицы потерь, где он не мог ничего поделать. Самым страшным ударом на всю его жизнь была экстренная ситуация, когда он не смог на операции спасти жизнь нашей мамы из-за досадной ошибки других людей.

Чтобы найти правильнее решение, он фактически пропускал боль пациента через себя. И в его организме как бы накапливались частички этой боли. Режим и стиль его работы не могли не отразиться на его собственном здоровье. Не обращая внимания на свои мелкие недомогания, он довёл себя до состояния серьёзной неизлечимой болезни. Усилия его самарских и израильских коллег позволили ему ещё несколько лет жить и трудиться.

***

Ещё древние персы утверждали: ”Три орудия есть у врача: слово, растение, нож». Нож на последнем месте. К нему прибегают лишь в том случае, когда иные методы бессильны. И если перед нами маячит перспектива, лечь на операционный стол, хочется попасть к опытному и толковому хирургу.

В Самаре было и есть немало прекрасных специалистов этого врачебного профиля. Среди них достойное место занимает выдающийся хирург Григорий Якубович, ВРАЧ, спасший не один десяток тысяч жизней.

Отдав, не жалея, за это свою.

Поделиться.

Об авторе

Семён Якубович

Академик, профессор, доктор технических наук; научный редактор журнала

Прокомментировать

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.